Anteater: ...If an effort is initiated, perhaps at random, by a few ants in some locale, one of two things can happen: either it will fizzle out after a brief sputtering start -
Achilles: When there aren't enough ants to keep the thing rolling?
Anteater: Exactly. The other thing that can happen is that a critical mass of ants is present, and the thing will snowball, bringing more and more ants into the picture. In the latter case, a whole "team" is brought into being which works on a single project. That project might be trail-making, or food-gathering, or it might involve nest-keeping. Despite the extreme simplicity of this scheme on a small scale, it can give rise to very complex consequences on a larger scale...
(C) Douglas R.Hofstadter - Goedel, Escher, Bach: an Eternal Golden Braid.

This description appears to be perfectly applicable to the open-source projects, too ;)

Разум подразумевает самосознание: возможно ли вообразить разумное существо или группу существ, не обладающих понятием "я"? (Пусть даже это "я" пчелиного роя или мыслящего океана).

С другой стороны, все мировые религии учат, что просветления достигают только те, кто каким-то образом поднимается над этим "я" в себе.

И что тогда? Открывается некое иное, высшее "я"? Или же вся Вселенная - это одно большое "я"? Если это так, то что тогда "не-я"?

Old is the new new :)

Путеводная нить Ариадны или клубок, с которым Иван-Царевич свою лягушку искал - это примеры personal navigation devices with augmented reality interface :)

Про яблочко, которое каталось по золотому блюдечку и показывало страны заморские, я думаю, и объяснять не надо. Mobile broadcasting.

А смерть Кащеева была скрыта за семью файрволлами :) И вообще все они были персонажами стимпанковской эрпэгэшки :)

60-е годы во всем мире, похоже, были временем мечтаний о счастливом будущем. Последствия войны были более-менее заглажены, уже заработали на полную мощность порожденные этой войной компьютеры, благодаря чему человек смог увидеть свою планету в круглом окошке космического корабля, и, наверное, всем казалось, что это - только начало времени чудес.

У нас в это время был написан "Понедельник начинается в субботу", - книжка, благодаря которой целый легион бестолковых фантазеров (включая и меня) подался "в науку".

У них в то же самое время проходила выставка под названием Futurama 2, которая, в свою очередь, была реминесценцией Futurama 1, проходившей в конце тридцатых (если подумать, то и тридцаты тоже были эпохой открытий, хотя и с другим оттенком... именно тогда Гедель представил миру доказательство своей теоремы, а товарищи в разных частях света раздумывали о том, как расщепить атом и что из этого может получиться... но это так, к слову...). И у них тоже писали книжки о счастливом будущем (или "тоже" - это у нас?)

Интересные воспоминания о том времени - от тогдашнего 8-летнего мальчишки.

Книжка, которую он описывает, мне сильно напоминает Гуревича (которого я примерно в том же возрасте просто зачитывала до дыр :) )

"To understand something" means to substitute something lumpy and complicated with a more or less orderly pattern of trivialities.

"To have experience in something" means the ability to build the way to the distantly looming and fuzzy goal from the building blocks of trivial actions,plus the ability to prove that whatever appeared from the distance as looming and fuzzy and whatever the way has lead us to is exactly the same thing.

Trodding over the Propositional Calculus, I've nearly stumbled at the Switcheroo rule:
" and <~x implies y> are interchangeable".

The rigorist in me (which was probably born back during my freshman year in the MSU, when I've got the lower mark for my calculus exam for forgetting to state the condition which seemed obvious) only agrees to accept this rule together with the condition that x≠y. Otherwise it doesn't make sense. Yet Hofstadter seems to just assume it by default!

I am a Tortoise, sort of :)

PS. That is what the "Ganto's ax" tale might be about, by the way: in Tao, everything is assumed to be the same, therefore the rules of formal logic (or at least, this rule) wouldn't apply, and their implications wouldn't apply either.

Thought while reading a preface to GEB and trying to sum up for myself what it was about (which is a strange loop per se, by the way!):

The main criterion of self-conscience (of intelligence, if you want) is the ability to create models of the environment (outside world) in which the conscientous being eists (believes to exist, find oneself existing, to be utterly precise) and to use these models to guide one's existence in that world (which is also some sort of experimental verification / fine-tuning for these models). It's that simple. Turing test describes exactly this, but from the point of human, and taking the world where only humans are considered to be legitimate intelligent beings, as a premise.

So simple.

Upd: but it is also something that animals do. The essence of intelligence (I've just read the next chunk :) ) is that it can model its own way of modeling the Universe, and then model this modeling, and so on. This is called "self-reference" and this is something that divides inteligent beings from merely sentient ones... something that makes what is already alive even more alive, so to say. The deeper the reflection can go - according to GEB - the higher is the intelligence level.

But what about finding patterns where they are not present, then? (which is the common sign of mental illness...) How does this fit in there?..

"A miracle" is just a description for the parts in the clockwork of the Universe which we still cannot access, or even notice. Ergo: there exists a valid reason for every miracle, but may be we are not always supposed to get informed about these reasons ;)

Nice reading . If you are nerdy enough, of course :)

Say "NO" to TV in the background if you want to be creative ;)

Teresa Belton, a research associate at East Anglia University in England, first got interested in daydreaming while reading a collection of stories written by children in elementary school. Although Belton encouraged the students to write about whatever they wanted, she was startled by just how uninspired most of the stories were.

"The tales tended to be very tedious and unimaginative," Belton says, "as if the children were stuck with this very restricted way of thinking. Even when they were encouraged to think creatively, they didn't really know how."

After monitoring the daily schedule of the children for several months, Belton came to the conclusion that their lack of imagination was, at least in part, caused by the absence of "empty time," or periods without any activity or sensory stimulation. She noticed that as soon as these children got even a little bit bored, they simply turned on the television: the moving images kept their minds occupied. "It was a very automatic reaction," she says. "Television was what they did when they didn't know what else to do."

The problem with this habit, Belton says, is that it kept the kids from daydreaming. Because the children were rarely bored - at least, when a television was nearby - they never learned how to use their own imagination as a form of entertainment. "The capacity to daydream enables a person to fill empty time with an enjoyable activity that can be carried on anywhere," Belton says. "But that's a skill that requires real practice. Too many kids never get the practice."

www.boston.com/bostonglobe/ideas/articles/2008/08/31/daydream_achiever

Alastair Reynolds / Century Rain

Finally, I have finished this book off (and I must confess, last 3/4 went pretty quickly - it only took me some hours during the last weekend to do it).

I rather liked it (as most of the stuff Reynolds writes). Pity this sort of things does not seem to make it onto wide screens! I would love to see the movie made after it, or after other Reynolds' stories... may be it would convince some folks to go into science?..

The beginning of the story was a bit slow, at least for me, but once I got hooked onto it (after several chapters) I became more and more immersed.

As usually, it is about the future, and as usually in Reynolds' books, there are several fractions of people who seem to follow different philosophy in life. In this case, ones of them enjoy the progress (they are called Slashers - tribute to /.) and the others are rather careful about it (and they are called the Threshers, from the word "threshold"), especially where it comes to nanotechnology stuff. You see, in this world our beautiful Earth has been cleared from people by the nanobots who went out of control. What is worse, at some moment all electronic information storage (keeping memories of the past) collapsed, for some reason, so the humanity lost most of the memories about the history. If they want to retrieve some, they have to come down, to a very hostile Earth, and try to dig something out from under the ice there (if the machines would not eat them alive).

That is just a set-up. As the story will unravel, there will be: a snapshot of our world in 1940 where Second World War did not take place, a network of hyperspace tunnels, a love story (it's a space opera after all...) and some war scenes in space, too. There are two protagonists: one of them a divorced woman from the near-Earth world, archaeologist devoted to her job, another of them a troubled man from the alternative Paris in 1959, which is not actually on Earth but in some other world, which look like Earth from the inside, but from the outside is some sort of hermetically sealed sphere where you can only get via an irregular wormhole (interesting description of the wormhole travel there). Naturally, they will meet and do some interesting things together (nothing cheesy, it is rather the spirit of the original Star Wars than the prequel), and... well, I wouldn't put a real spoiler by telling how it ends.

I'd recommend this one, even if it seems to be a bit more sad than I would have wanted (but this is typical for Reynolds anyway). But it is a good story and it has been told lovely.

Luxury items are not necessarily the ones which are better than the cheap stuff; quite often, it is exactly the other way round. It is the fact that certain artefacts are difficult to obtain that turns them into luxury.

Imagine the situation when teleportation has been invented. It will be a luxury to get oneself teleported. But then, it appears that teleportation is way cheaper than moving around by oil-consuming transport. Everybody starts getting teleported everywhere. No travel time is assumed for the employees, no excuses over the late train, flat tyre or even broken heel.

What a luxury might it become then to explore the outside world by car, by bike or even by foot, especially while going to work or back!.. A precious time spent just to relocate yourself physically from point A to point B!..

If you feel the need to help somebody, check this story.

On Vox: Орѳографiя-2

Для желающих:
Систематическій сводъ правилъ русскаго правописанія.
Раскладка клавиатуры с "ятями" и "фитами"
Как кодировать "яти" и "фиты" в HTML

Originally posted on ashalynd.vox.com

On Vox: Орѳографiя

Случайно забредя на дискуссию о тонкостях правописания в русском языке, наткнулась на упоминание о весьма любопытной статье, в которой очень обоснованно и с многочисленными примерами (они в конце статьи - обязательно рекомендую тем, кто будет читать, дойти до них) объясняется, почему отмена дореволюционной орфографии не была таким уж благом для языка. Впечатлилась. Думаю, не перейти ли на дореволюционную орфографию (правда, для этого ее сначала надо выучить).

Основная мысль - упрощение орфографии породило огромное количество омонимов, которые на самом деле таковыми не являются:

Смыслъ: у насъ имѣется еще продовольствiе...

Правописанiе: «пока у насъ еще есть, что ѣсть...».
Кривописанiе: «пока еще у нас есть, что есть...».
Безсмыслица: мы имѣемъ то, что имѣется въ наличности.

Единственная проблема - в том, что для большинства читателей уже неясно, какое написание соответствует какому значению: откуда человек, всю жизнь употреблявший новую орфографию, знает, когда пишется "есть", а когда - "ѣсть"?

Однако, меня зацепило :)

Originally posted on ashalynd.vox.com

Перечитывая "Хроники Амбера" Желязны (часть вторую, про похождения айтишника Мерлина), постоянно натыкаюсь на производные от фразы "What is the girl like you doing in a place like this?"

Честно скажу, мне эта фраза запомнилась после просмотра одного очень неприличного мюзикла по мотивам "Алисы в Зазеркалье" ("What is the girl like you doing on a (k)night like this?") Однако и там это была цитата - а про оригинал нашла упоминание тут - это классическая фраза для соблазнения юных девиц из песенки соответствующего содержания.

В переводе эта прелесть, конечно же, утрачена, как и многое другое. Вообще, читать Желязны в переводе - это извращение. Мне не попадался ни один хороший - начиная с первого "грузинского", где "Мамаша Кураж" стала "Матерью Отвагой", кончая пресловутым Яном Юа, где название песенки Never Wed a Hendrake Lass ("Не след жениться на драконице") перевели как "Никогда-ни-за-что незамужняя драконья девица". Проявления кулинарного невежества из того же перевода можно еще простить, но вульгаризацию языка (Джилва: "Срань драконья!" - по поводу появления Дары; в оригинале - "Oh, dear!") - никак.

Учите языки, если есть возможность... полноценного перевода с возможностью получать референсы на контекст, к сожалению, удостаиваются лишь немногие книги.

Эти маленькие различия...

Сегодня на одном часто посещаемом мной веблоге снова вспомнили про язык Пираха (Pirahã). Оказалось, что на английской Википедии этому удивительному языку, в котором нет ни чисел, ни цветов, посвящена целая страничка, с довольно подробным описанием грамматики и фонетики.

Немного повосхищавшись тем, как из двенадцати звуков, один из которых при чужестранцах не произносят, потому что стесняются, как он звучит, можно создать вполне функциональный язык, да еще и привить говорящим на нем нежелание создавать религию, задумываться о причине всего сущего и даже рассказывать небылицы, я заметила, что, наряду, с английской Вики, на ту же тему уже создана голландская страничка, почти полный сдироскоп с английской, но все-таки - потрудился же кто-то, перевел...

И тут вдруг я обнаруживаю маленькое, но любопытное расхождение:

Английский вариант:

Pirahã and the Sapir-Whorf hypothesis

Without numerals, the Pirahã do not count. They use only approximate measures, and in tests were unable to consistently distinguish between a group of four objects and a similarly-arranged group of five objects. When asked to duplicate groups of objects, they duplicate the number correctly on average, but almost never get the number exactly in a single trial.

Being (correctly) concerned that, because of this cultural gap, they were being cheated in trade, the Pirahã people asked Daniel Everett, a linguist that was working with them, to teach them basic numeracy skills. After eight months of enthusiastic but fruitless daily study,the Pirahã concluded that they were incapable of learning the material, and discontinued the lessons. Not a single Pirahã had learned to count up to ten or even add 1 + 1.[1]

Everett argues that test subjects are unable to count for two cultural reasons and one formal linguistic reason. First, they are nomadic hunter/gatherers with nothing to count and hence no need to practice doing so. Second, they have a cultural constraint against generalizing beyond the present which eliminates number words. Third, since numerals and counting are based on recursion in the language according to some researchers, then the absence of recursion in their language predicts a lack of counting. That is, it is the lack of need which explains both the lack of counting ability and the lack of corresponding vocabulary. Everett does not claim that the Pirahãs are cognitively incapable of counting.

Голландский вариант:

Pirahã en de Sapir-Whorf-hypothese

Pirahã tellen niet, ze gebruiken benaderende maten, en in testen bleken ze niet in staat om consistent een groep van vier objecten en een gelijkgeschikte groep van vijf objecten te onderscheiden. Wanneer ze gevraagd worden een groep objecten te dupliceren, dupliceren ze het aantal gemiddeld wel correct, maar bijna nooit wordt het aantal objecten bij de eerste poging goed uitgevoerd.

Doordat ze (terecht) bezorgd zijn dat deze culturele omissie ertoe leidt dat Pirahã worden opgelicht in de handel, hebben de Pirahã een taalkundige die met ze werkte, gevraagd hen de beginselen van nummers en getallen uit te leggen. Echter, na acht maanden van enthousiaste maar vruchteloze dagelijkse studie, concludeerde de linguisten dat de Pirahã niet in staat waren zich dit aan te leren, en zetten de lessen niet voort. Er wordt verondersteld dat in deze acht maanden niet één Piraha erin slaagde tot tien te leren tellen, of 1 + 1 op te tellen. Echter, het gebruik van snoep als beloning doet de vraag rijzen of de Pirahã wel bij de lessen waren om te leren tellen.

Перевод с голландского:

Пираха и гипотеза Сапира-Ворфа

Пираха не считают, они используют приблизительные размеры, и во время тестов оказываются не в состоянии систематически различать группу из четырех объектов от подобным образом расположенной группы из пяти объектов. Когда их просят воспроизвести группу объектов, они воспроизводят их количество только приблизительно, но с первой попытки это им почти никогда не удается.

Из-за того, что они (не без оснований) подозревали, что этот культурный недостаток приводит к тому, что племя Пираха обманывают при торговле, Пираха попросили лингвиста, который с ними работал, бъяснить им принципы чисел и счета. Однако, через 8 месяцев полных энтузиазма, но бестолковых ежедневных занятий, лингвисты пришли к выводу, что Пираха не в состоянии этому научиться и прекратили уроки. Говорят, что за эти 8 месяцев ни один член племени Пираха не смог выучиться считать до 10 или складывать 1+1. Впрочем, использование сладостей в качестве вознаграждения заставляет задаться вопросом, действительно ли Пираха ходили на эти занятия, чтобы научиться считать.

В английском варианте уроки прекратились по инициативе обучаемых, в голландском - по инициативе обучающих. Да и cultural gap vs. culturele omissie тоже как-то царапает...

Похоже, что рабовладельческое прошлое не всех еще тут отпустило :(

С Чарльзом Строссом я познакомилась, кажется, по наводке с http://www.sfsite.com или какого-то подобного сайта. Первой прочитанной его вещью был роман Singularity Sky, за которым последовало продолжение Iron Sunrise. Прочитанное мне понравилось - не в последнюю очередь потому, что описанные там личности были более-менее живые, а идеи, ради которых и были написаны книги, подкупали своей проработанностью в "житейском" плане. Чарльз Стросс - один из немногих фантастов, готовый дать подробный ответ на вопрос типа: "А на какие, собственно, шиши Люк и Лея финансировали свое Движение Сопротивления?" (Впрочем, у него сюжеты другие).

Accelerando - это роман-предсказание: до чего способен довести человечество научно-технический прогресс в ближайшую сотню лет, если темпы ускорения развития технологий (именно так, двойная производная по скорости) не снизятся. Если верить Строссу, нас еще на протяжении нашей жизни ждут великие чудеса - и великие потрясения.

Начинается роман где-то в десятых годах 21 века, а заканчивается - лет через 100. Формально он составлен из десяти новелл, каждая из которых отстоит от предыдущей на 10 лет. Все они объединены тем, что в центре каждой новеллы находятся члены одного очень недружного семейства (это еще мягко сказано). А также их электронная кошка. Собственно, к концу романа довольно трудно понять, кто же там был чей.

Прогресс у Стросса движется просто в сумасшедшем темпе. Где-то на середине повествования происходит так называемая "сингулярность", когда развитие убыстряется настолько, что его темп становится просто невозможно оценить. Если в начале истории обстановка вполне узнаваемая (она начинается на Центральном вокзале Амстердама, который все еще очень похож на нынешний), то в конце, когда человечество частично рассредоточилось по независимым космическим колониям, соединенным между собой каналами для мгновенной передачи информации (ну и материи, соответственно), а частично - переродилось в компьютерный планетарный разум, мало общего имеющий с человеческим в нашем смысле этого слова. Было там и воскрешение давно умерших исторических личностей, и проблемы с раздвоением личности, когда двое оставшихся в Солнечной системе людей поженились, произвели на свет очередного представителя этой сумасшедшей семейки, а потом ушли из этого мира, потерпев поражение в борьбе с компьютерной Экономикой 2.0, а вернувшиеся из путешествия к межзвездному рутеру их эго-копии вовсе даже не интересовались друг другом, и не желали иметь со своим эго-потомком ничего общего... И возможность, например, прожить собственное детство несколько десятков раз, каждый раз в новом месте и времени, потому что заботливые родители ресетили жизненный экспириенс своего чада, добиваясь развития оптимального, с их точки зрения, характера...

Само изображение Первого Контакта сильно отличается от традиционного: наших путешественников, электронные копии которых мчатся к рутеру в системе Альфа Центавры в "космическом корабле под солнечным парусом, размером не больше кока-кольной баночки" (впрочем, это и у Бакстера было), встречают не всевидящие и всезнающие сверхмудрецы, а всего лишь космические спамеры, обещающие, к счастью, не слишком наивным землянам доступ к хранилищам неведомых им знаний "как древние первооткрыватели сулили дикарям яркие бусы"...

Что касается эволюции компьютерного разума, то, по Строссу, все большие и малые чипы рано или поздно должны объединиться в единую всепланетарную, а затем - и все-солнечносистемную структуру - точнее, конгломерат структур, вложенных одна в другую, словно куклы-матрешки (это все так и называется - "матрешечный мозг"). Естественно, при этом от внутренних планет Солнечной системы в конце концов мало что останется, да и с внешних людям рано или поздно придется убираться подобру-поздорову - что и произошло к концу книжки. Зато сам компьютерный сверхразум оказывается не очень мобильным, ибо расширяясь, теряет свою цельность - информация-то передается с конечной скоростью. Правда, во Вселенной Стросса есть неведомо кем сделанный космический интернет с узлами вблизи "коричневых карликов", которым можно воспользоваться для передачи этой самой информации, но и до самого узла ведь еще надо добраться...

Честно говоря, эта завязанность на интернете и соответствующей терминологии и взгляда на жизнь, по моему мнению, является достоинством, переходящим в недостаток. Почему-то вспомнился Чернышевский с его "Снами Веры Павловны", в которых везде кругом был алюминий: и посуда из алюминия, и стены из алюминия, и ковры, и мебель из алюминия! Ну, алюминиевую-то посуду мои сверстники успели еще застать в школьных столовых :) Так и тут: интернет, кругом один интернет...

Далее, по ходу романа его герои несколько раз были замечены в желании "сделать что-то правильно". "Что-то" могло быть чем угодно: от прогулки в качестве туриста по Гонконгу до первого интимного свидания - в интернетных глубинах под масками аристократов семнадцатого века или даже в старом отеле в центре Амстердама... Правда, можно списать это в качестве попытки автора продемонстрировать психологию подростков и молодых людей, но почему-то меня не покидает ощущение, что это вылезли его собственные тараканы...

Естественно, как и во всякой уважающей себя вещи, написанной в стиле киберпанк, в Accelerando не обошлось без секса с извращениями... тема, в общем, раскрыта, но не впечатлила.

Характеры героев, честно говоря, тоже не особенно впечатлили, хотя общая идея развития сюжета довольно неплоха. Но ощущение картонности преодолеть не вполне удалось - за героев того же Бакстера, не говоря уж, например, о Ниле Стивенсоне, переживаешь куда как сильнее.

Резюме: читать стоит, если интересно пофантазировать о том, до чего могут развиться технологии в ближайшее время (хотя в этом плане трилогия Стивена Бакстера "Многообразие" (Manifold), в частности, ее первые две части, несколько более реалистична). Будет много специфического компьютерного жаргона, так что к этому надо быть готовым.

И, справедливости ради, не могу не заметить, что многое из того, о чем пишет автор, похоже, так или иначе проклевывается в нашей реальности. Конечно, потеряв сейчас свой любимый наладонник, ты не теряешь три четверти своей сущности, как случилось с главным героем где-то на третьей-четвертой узловой точке романа... но внутренний дискомфорт, особенно в случае, если нет резервной копии всех телефонов и хранимой там информации, безусловно, обеспечен... Да и трехмерные принтеры уже появились - пусть пока что они не работают с нанотрубками, как у Стросса.

В общем, будущего, какое бы оно ни было, бояться не надо - утверждает Стросс. Оно не будет легким и безоблачным. В нем не исчезнут, например, деньги и необходимость их зарабатывать. Зато в нем появится больше возможностей. А, значит, жизнь станет полнее и в ней можно будет больше успеть. Что, конечно же, неплохо :)

Вот нашлось: Дуэльный кодекс 1912 года.

Подробно, скрупулезно расписанные правила вызова на дуэль и проведения дуэли.

Например, такой момент:

Выстрел в воздух

486. Стрелять в воздух имеет право противник, стреляющий вторым.

487. Противник, выстреливший первым в воздух, в случае если его противник не ответит на его выстрел или также выстрелит в воздух, считается уклонившимся от дуэли и подвергается всем законным последствиям такого поступка.

488. Другой противник, стреляющий вторым, имеет полное право ответить на первый выстрел противника, обращенный в воздух, действительным выстрелом, причем в таком случае дуэль считается истекшей по дуэльным законам и противник, выстреливший первым в воздух, не подвергается законным последствиям.

Вот оно как, оказывается. Не захотеть убить - тоже оскорбление. Ответить на выстрел мимо выстрелом в цель - спасение чести противника. Закон отрицания отрицания, как всегда, торжествует.

Милостию божиею преидох же три моря. Дигерь худо доно, олло перводигерь дано. Аминь!

Потрясающий текст.

Две мысли пришли:

1. Это, видимо, первый запечатленный в литературе пример речи русскоязычного экспата (первая письменно зафиксированная квеля!).

2. Почти дословное цитирование мусульманского символа веры наводит на мысль о том, что, либо, утверждая о своем непринятии ислама, Никитин чего-то недоговаривает, либо это переведенная на арабский христианская молитва. В этом случае Никитин - лингвистический гений, раз сумел все это так аутентично перевести.

Но сдается мне, что принял-таки он мусульманство, возможно, решив для себя, что Бог и в самом деле один, только выглядит для всех по-разному.

Еще он там же пишет, что и праздники и посты справлял вместе с местными, потому что свои все равно вычислить не мог. Думаю, что такой подход, на самом деле, совершенно логичен. Вот если бы его забросило к папуасам, евшим людей, то ситуация была бы другая. Но в такой ситуации двести с лишним лет спустя оказался другой наш путешественник - Миклухо-Маклай - и людей он все-таки не ел, да и дикарям отсоветовал, и, в отличие от Джеймся Кука, сам съеден ими не был.

В связи с этим еще одна мысль пришла, про интеграцию русских экспатов.

Наши люди, конечно, очень разные, но, в отличие от китайцев или турок, они все-таки стремятся не полностью изолироваться от окружающей чужеродной культуры в мелкий анклавчик, вроде китайского квартала, а, восприняв какие-то внешние признаки новой культуры (отсюда отчасти, возможно, эта страсть примешивать в разговоре к русским словам иностранные, коим не находится точного аналога в своем языке), все же сохранить нетронутым некий внутренний инвариант.

Те, кто этого внутреннего инварианта не сохраняют, просто растворяются "в среде" и русскими быть перестают, даже если и не забывают полностью родного языка. Я, правда, своими глазами видела такое только у детей (не своих).

Почему так? Можно, конечно, сказать, что из-за своей географической расположенности Россия, с одной стороны, рассматривала и восточные и западные народы как соседей, с которыми надо как-то ладить, перенимать что-то полезное, посмеяться над чудачествами, а не как на непонятных варваров, которых можно только подчинить себе или превратить в свое подобие. Не последнюю роль, возможно, сыграло и то, что Россия не смогла заиметь ни одной настоящей колонии, кроме Аляски, да и ту продала. Отсюда психология русскоговорящего человека - не противопоставлять себя "чужим", а мирно сосуществовать...

С другой стороны - в английском языке, например, подобные вещи называются подобными же словами. Например, военачальников Чингис-Хана в научно-популярной статье вполне могут называть "лейтенантами". У нас такое невозможно в принципе. Может быть, невозможность полностью интегрироваться, не теряя при этом "русскость" - тоже отсюда.